Операции по пластике носа «от Павлюченко» имеют мало общего с тем, что описано в учебниках. Чтобы достигнуть такой степени индивидуализации, я должен был заниматься ринопластикой 25 лет. Сегодня я практически ничего не применяю из так называемых базовых техник. Каждое движение, степень нажима на скальпель, глубина и кривизна разреза, способ отделения тканей и т.д присущи только мне, так их не делает больше никто. И именно это имеет колоссальнейшее значение.

Каждая из моих операций по ринопластике сугубо индивидуальна

Леонид Павлюченко
Леонид Павлюченко

Операции по пластике носа «от Павлюченко» имеют мало общего с тем, что описано в учебниках. Чтобы достигнуть такой степени индивидуализации, я должен был заниматься ринопластикой 25 лет.

Сегодня я практически ничего не применяю из так называемых базовых техник. Каждое движение, степень нажима на скальпель, глубина и кривизна разреза, способ отделения тканей и т.д присущи только мне, так их не делает больше никто. И именно это имеет колоссальнейшее значение.

Ни одна из моих операций не повторяет другую. Хотя в пластической хирургии выделяется около десяти типов похожих носов, могу вас торжественно заверить — вы не встретите двух совершенно одинаковых. Существует еще и такая важная вещь, как заказ пациента.

Например, недавно ко мне обратился мужчина, желающий сделать из короткого европейского носа кавказский нос с горбинкой. Все, как правило, мечтают уменьшить горбинку, избавиться от провисающего кончика, а он хочет ровно противоположного.

Для выполнения этой чрезвычайно интересной задачи по сути дела мне нужно придумать новую операцию. Если бы я задался целью создать руководство по пластике носа, получилось бы многотомное издание. А так как мое творчество постоянно развивается — сегодня я делаю то, что не делал вчера – эту книгу пришлось бы писать всю жизнь.

Я всегда делаю носы таким образом, что в них «как-будто» ничего не меняется…

И здесь огромное значение имеет векторная теория ринопластики. Ее можно назвать законом Ньютона в применении к пластике носа. Что она дает хирургу, который ее понял? Работая с формой носа, его не надо очень сильно менять изнутри: объемы и анатомия должны сохраняться.

В этой связи многие приемы, которые описаны в литературе, представляются мне приемами «рубки шашкой». Правильный подход – работа, основанная на принципе «плюс» — «минус». Если где-то что-то убавляется, значит, что-то где-то должно присовокупиться. Суммарная векторная сила нагрузки на все отделы носа должна остаться той же самой. При тщательном сохранении анатомии видоизменяется лишь направления сил. Это может достигаться швами, перемещением масс носа, применением трансплантатов, как из собственной, так и искусственной ткани. Контурная пластика носа присутствует в любой моей операции.

Такой подход не только дает хороший эстетический эффект, но и имеет огромное значение для сохранения функций носа. После операции каждый нос должен хорошо дышать. Я многое сделал для того, чтобы хирурги это понимали. Но, увы, в широкой практике пока это получается далеко не у всех. Время от времени ко мне приходят со словами: «Меня оперировал хороший хирург, мне нравится мой нос. Но я не дышу». Это говорит о том, что от понимания идеи до ее реализации еще есть определенная дистанция.

Векторная теория ринопластики и собственные методики позволяют модифицировать любые носы

Возьмем, например, такую распространенную операцию, как удаление горбинки. Тут важно понимать: любой горбатый нос, как правило, всегда еще кривой и ассиметричный, с искривленной перегородкой и значительной деформацией раковин. Горбинка, как правило, возникает из-за избыточного, усиленного давления этой перегородки на другие структуры носа.

Из этой концепции возникла моя методика эстетической септопластики. Операция проводится в совершенно обратном порядке, чем это принято. Она начинается не с удаления горбинки, а с коррекции перегородки. Причем, убирая лишние ткани, в подавляющем большинстве случаев я не удаляю, а, напротив, сохраняю хрящи. При таком подходе перегородка выпрямляется сама по себе, к концу операции нос сам становится прямым.

Существует мнение, что особенно трудно работать с большими носами. Да ничего подобного! Большой нос – это огромный запас пластического материала, из большого всегда можно сделать меньшее. При работе с большим носом важно сохранить его опорные функции. Его не надо сильно, прямиком уменьшать – в этом случае по форме он будет напоминать «сливу». Нужно создать иллюзорность уменьшения. Этого можно достигнуть такими приемами, как углубление переносицы, понижение спинки носа. Они дают те же укорочение и вздернутость.

У меня есть свои запатентованные методы резекции ноздрей, обращения с тканями при сужении. Сужение носа — деликатнейшая операция, я делаю ее крайне редко. Она может быть проведена хорошо только в том случае, если сохраняется мышца носа. Как часто хирурги при ринопластике вспоминают о мышцах?

Далеко не часто! Во всех книгах написано, что носы с толстой кожей делать нельзя. Векторная теория ринопластики позволяет мне успешно модифицировать и эти носы. Сегодня я могу сделать практически все с кончиком носа. При этом я понял, что в носу нет безразличных частей. Боковые скаты и спинка носа требуют не менее искусного моделирования, чем кончик носа.

Единственное, я не люблю работать с очень маленькими, укороченными носами. В этом случае очень трудно добиться естественной анатомической формы. Между тем, при взгляде на нос не должно быть видно, что он оперирован.

Три составляющих успеха при пластике носа

Результатами пластики носа сегодня не довольны очень многие. На мой взгляд, удовлетворенность была бы большей, если б соблюдались три вещи. Во-первых, очень важно понять, что хочет пациент, внимательно его выслушать, ни в коем случае не навязывать своего мнения.

Во-вторых, выполнить именно то, что хочет пациент, используя весь арсенал имеющихся в наличии приемов. И, наконец, после операции убедить человека, что это именно тот нос, о котором он мечтал. Без наличия этих трех составляющих пластикой носа заниматься нельзя. Хирург может блестяще провести операцию. Но если он не убедит пациента, что он получил желаемое, тот все равно останется не доволен.

Интервью с экспертами

Алиев Таир Рафикович

Алиев Таир Рафикович

Уменьшение груди: Личный опыт

Таир Алиев, пластический хирург, главный врач «Клиники века» уверен, что уменьшение молочных желез – одна из самых сложных и трудоемких операций в эстетической пластической хирургии.

Отари Гогиберидзе

Отари Гогиберидзе

Мне интересны сложные случаи

Ведущий пластический хирург группы клиник «Клазко» — о том, как важно использовать в рамках одной операции все существующие методы и придумывать форму носа с учетом исходной.

Леонид Павлюченко

Леонид Павлюченко

Пациент для идеального живота

Главный врач клиники «Хирургия красоты» профессор, доктор медицинских наук Леонид Павлюченко, считает, что в человеке все должно быть красиво и гармонично.

Эмма Должикова

Эмма Должикова

Тонкости эстетического хирурга

Эмма Должикова возглавляет Институт красоты. Об эстетической медицине она знает все, так как обладает колоссальным врачебным опытом.

Владимир Корчак

Владимир Корчак

Выбор имплантата

Владимир Корчак одним из первых в стране начал делать операции по увеличению груди: первую пациентку прооперировал в 1990 году в Институте красоты.

Леонид Павлюченко

Леонид Павлюченко

Блефаропластика

Главный врач клиники «Хирургия красоты», профессор, доктор медицинских наук, пластический хирург Леонид Павлюченко любит, когда глаза его пациентов сияют счастьем и излучают молодость.Таких результатов он добивается путем проведения трудоемкой, но эффективной пластики век новыми методами.

Леонид Павлюченко

Леонид Павлюченко

Пластика по возрастным показаниям

Красота и молодость — очень близкие понятия. Если вдуматься, никто из нас не знает, что такое красота. Это – философская категория, определить которую очень сложно.

Александр Неробеев

Александр Неробеев

Пластика при возрастных изменениях

Александр Неробеев, профессор, доктор медицинских наук, главный врач АРТ-Клиник, уверен, что «при выборе операции хороший хирург всегда действует в интересах пациента.

Леонид Павлюченко

Павлюченко

Пластика носа: векторная теория

Операции по пластике носа «от Павлюченко» имеют мало общего с тем, что описано в учебниках. Чтобы достигнуть такой степени индивидуализации, я должен был заниматься ринопластикой 25 лет. Сегодня я практически ничего не применяю из так называемых базовых техник.



Новые обзоры и отзывы