Переводчик, сценарист, режиссер, писатель, автор нашумевшей книги «Похороните меня за плинтусом» уверен, что столь желанное многими «внутреннее свечение» исходит лишь из готовности культивировать в себе дитя, способное удивляться чудесам мира.

Павел Санаев
Павел Санаев
Павел, недавно Вы отметили очередной день рождения, признайтесь, пугают ли увеличивающиеся цифры в возрасте?

 

Пугают совсем не цифры и даже не внешние изменения, а неизбежное изменение состояния здоровья. Знаете, мы, когда заканчивали съемки фильма «На игре», достаточно долгое время спали всего часа по три и были все страшно утомлены.

Естественно, организм подобное годовое измывательство не прощает и дает сбои в виде хруста суставов, например. Отпуск я себе позволил лишь по окончании работы, но отправился не к морю, в теплые края, а в горы, чтобы покататься на лыжах.

И вот там, помню, день на третий я встал, что называется, до ветра и ощутил такое состояние… Как мне показалось, именно так себя чувствует девяностолетний старик: тело не слушается, все болит, ни встать, ни сесть не можешь…

Потом я отоспался, отдохнул, все это прошло, но тот ужасный миг абсолютной дряхлости, когда ресурс исчерпан полностью, в память врезался отчетливо. Поэтому, по возможности, хочется это время отдалить.

 

Какие усилия тогда предпринимаете?

Я хожу в спортклуб, но ни в коем случае не превращаю свою жизнь в какие-то регулярные, изнурительные тренировки. Вообще, изначально у меня есть особенность – существенная нехватка массы тела. Так, в двадцать четыре года во мне было шестьдесят четыре килограмма, при росте сто восемьдесят семь сантиметров.

Такое вот астеническое сложение тела, его абсолютно невозможно изменить поглощением громадного количества булочек или каши, как советуют люди несведущие. Помогают только очень серьезные занятия в зале. Я к ним прибег, набрал массу до восьмидесяти трех килограммов, но, к сожалению, во время съемок я теряю до шести килограмм, и мне опять приходится их наращивать, иначе я себя чувствую крайне некомфортно.

Причем как с точки зрения банальной эстетики, когда отражение в зеркале совсем не радует, так и просто по общему состоянию организма. Это все равно как Вы ездили на «жигулях», а потом пересаживаетесь на джип, и обратно уже возвращаться нет никакого желания.

Сейчас моя масса тела девяносто килограмм, но я все равно четыре раза в неделю, пока нет съемок, хожу заниматься. Собираюсь добрать до девяносто пяти, а потом уже можно спокойно «сушиться».

 

А бани, бассейны, массаж любите?

Нет, не хожу на все эти процедуры.

Писатель Павел Санаев

Хотя бы рацион питания у Вас правильный?

Поскольку моя диета связана с определенными нагрузками, то ем я усиленно, причем продукты с повышенным содержанием белка. А каких-то специфических гастрономических пристрастий, в которых я вынужден был бы себе отказывать, у меня просто не наблюдается. Я совершенно равнодушен к сладкому, допустим.

 

Поделитесь своим отношением к пластике, столь востребованной ныне?

Конечно, она имеет право на существование, нередко оправдывает себя. Насколько я знаю, очень многие голливудские актеры и актрисы «сделаны» процентов на пятьдесят. У них и зубы не свои, и скулы, и носы, и прочие части тела. Та же самая Анджелина Джоли тоже побывала у пластического хирурга, и, возможно, не была бы сегодня той, которую мы все знаем, не обратись она, в свое время к доктору. Но все эти изменения в теле вносятся крайне корректно, и это очевидно.

Не случайно над вопросом работает целая индустрия под названием «Фабрика грез». Когда внешность — твоя работа, то имеет смысл задуматься на тему пластики. А вот когда у совсем юных девчонок возникает мания на тему увеличения груди, губ – этого я не понимаю. Иной раз придешь в ресторан и видишь массу этих девушек, которых называют «флипперами», и приходишь к выводу, что это похоже на некое массовое нарушение психики.

Надутые губы символ чего?! Уж точно не красивой жизни, потому как очевидно, что это уродство. Плохо, когда пластическая операция становится таким статусным аксессуаром, мол, смотрите, я тоже дама из высшего света, не лохушка какая-нибудь! Надеюсь, эта мода пройдет довольно быстро, едва в прессе появятся фотографии этих женщин в пятидесятилетнем возрасте.

Сценарист Павел Санаев

Но к коррекции возрастной у Вас положительный настрой, верно?

Тоже как посмотреть. Вот у меня мама (актриса Елена Санаева, вдова Ролана Быкова) никогда ничем подобным не увлекалась, но у нее неплохая генетика, хорошая конституция, и выглядит она молодо. При этом есть наши актрисы, которые прибегают к услугам клиник эстетической хирургии и имеют непродолжительный временной выигрыш…

Но это тот случай, как мне кажется, когда получаешь пять рублей сегодня и точно теряешь десять завтра. Давайте будем реалистами: как часто в кино требуются женщины, которым за пятьдесят? Лишь иногда на роль мамы или бабушки. Но тогда и выглядеть она должна соответственно.

 

Но когда невозможно определить возраст с ходу, это же положительный аспект?

Да, но это происходит благодаря позитивному внутреннему состоянию. Когда человек с драйвом, то он сохраняется моложаво. А потухнуть можно уже и в тридцать, и никакая медицина не поможет.

 

А за счет чего тонус нас не покидает, как считаете?

У нас принято считать цинизм защитным оружием, а ведь именно он нас и разрушает. И единственная возможность оставаться вне возраста — это способность не убивать в себе ребенка. Опять-таки, моя мама и сегодня сохраняет умение удивляться чему-то новому, интересоваться многим…Она никогда не говорит, как некоторые: о, это мы все уже давно знаем…Такая якобы мудрость ведет в тупик.

 

И ответьте напоследок, какой женский образ наиболее близок Вашему идеалу?

Шарлиз Терон. Она и обаятельна, и талантлива, и бесстрашна – без проблем решается «пожертвовать» внешностью ради роли и легко приходит в прежнее состояние. Мало кто из признанных красоток Голливуда на такое способен, и это не может не восхищать.

Режиссер Павел Санаев

Интервью звезд о эстетической косметологии и пластической хирургии



Новые обзоры и отзывы